«Это тюрьма?». Истории белгородцев про областной военкомат

В конце декабря «Белгород №1» неожиданно много стал писать о призывниках, которых вызвали на «беседу», а в итоге удерживали в сборном пункте на Губкина — и собирались отправить служить. При этом, со слов парней, у них были медицинские показания, которые не позволяли идти в армию.

В военкомате сразу заявили, что всё было законно. Тем не менее, парней, о которых рассказал «Белгород №1», отпустили на свободу. Тех же, чьи имена нам остались неизвестны, отправили в армию.

Поэтому мы призвали всех, кто столкнулся с беспределом в белгородском военкомате, рассказать свою историю. Жалоб пришло немало (кто бы сомневался), мы выбрали самые показательные — и публикуем их.

Image for post
Image for post

В 2012 году я прошёл медкомиссию весной. По завершении комиссии в областном военкомате мне сообщили, что я не годен (экзема в острой форме) и нужно явиться осенью за военным билетом.

Счастливый, спустя три месяца я пришёл в военкомат за билетом, мне выдали повестку на областную комиссию снова и сказали, что пойду служить. Больше меня никто не видел.

Про беспредел в губкинском и областном военкоматах узнала от друга сына. Парня пригласили в военкомат «на беседу», сказали, чтобы пришёл только с паспортом. Как только он появился в военкомате, у него забрали паспорт и телефон, и с другими ребятами отправили на сборный пункт.

Там продержали незаконно три дня, не разбираясь, годен к службе человек или нет. Одному парню, как выяснилось с хроническим заболеванием, стало плохо. В итоге друг сына просто сбежал со сборного пункта. Как он рассказал, губкинский военком хамил ребятам, грубо обращался.

Далее цитирую со слов парня. «Нас было там ребят человек 130, и никто из них не проходил медкомиссию, за всех написали “годен”, без осмотра и документов. Одному парню стало плохо, я его под руки сам выводил под лестницу. У него были шишки в лёгких, то есть служить никак нельзя. Его вечером увели, и я больше не видел».

Осенний призыв начался без особенностей, пришла повестка на медкомиссию. Пошёл на прохождение медкомиссии, в общей сложности осмотр 17 парней занял примерно 15 минут.

Во время решения призывной комиссии «выпросил» направление к неврологу, так как проблемы со спиной. Спустя какое-то время, забрав заключение от врача (пятница, вторая половина дня), поднялась температура, и я решил, что надо домой (хотел занести в понедельник).

Но в воскресенье той же недели поступил звонок, что можно принести заключение уже в этот день. Утром, приехав в военкомат города Губкина, чтобы занести заключение, отобрали телефон и паспорт. На вопросы никто не отвечал. После чего нас повезли в Белгород (без всякой повестки), якобы на медкомиссию, без вещей, еды и тёплой одежды. Отмечу хороший стратегический ход: поездка в выходной день исключает возможность обратится куда-либо.

По приезду в сборный пункт Белгорода меня признали годным. На мой вопрос о болезни ответили просто: «У всех болит, ничего, не жалуемся». Военком Валерий Гончаров всячески насмехался над болезнями парней, периодически оплескивая матами весь сборный пункт.

Image for post
Image for post
Валерий Гончаров

После нас отвели в казарму, там же и переночевали. Тест на ковид сделали только на второй день нахождения на сборном пункте. На утро была температура, так как ехать никуда не собирался — одет был легко. Начались проблемы со спиной из-за сильного холода в казарме.

Общался со многими призывниками, многие находились незаконно, их не выпускали, несмотря на состояние здоровья. Удалось связаться с адвокатом, который позже приехал в сборный пункт Белгорода для моего освобождения. Военком не вышел на переговоры, позже адвокат и помощники прошли все возможные инстанции, реакция нулевая.

После нескольких дней, проведённых там, учитывая незаконность действий, применяющихся ко мне, я вооружился статьей 27 Конституции РФ. Полный беспредел, никакой медкомиссии, на всё закрывают глаза, главное — выполнить план. Обидно, что мы не можем защитить себя, не говоря уже о родине.

Моего сына сегодня (23 декабря 2020 года), забрав паспорт, пытались увезти из Старого Оскола в Белгород. Его в понедельник выписали из областной больницы не дообследованным с тем, что опасен для лежащих больных, так как была температура, и попросили прибыть с выпиской в старооскольский военкомат.

Он, не смотря на болезнь, вместо терапевта решил поставить в известность местный военкомат. Померив температуру, сказали «здоров», забрали паспорт, и сказали: «Жди, повезём в Белгород». По громкой связи много наслушалась. Из последнего сказали: «Вышел отсюда, есть постановление губернатора, мы подчиняемся ему».

Сыну стало плохо, он всю ночь был с температурой. Он ушёл в поликлинику, там оказали помощь. Паспорт из военкомата пыталась просить отдать по телефонному звонку, но телефон сбросили, сказав: «выздоровеет и заберёт».

Терапевт подтвердил заболевание. В комментариях военкомата для СМИ ни слова правды.

Image for post
Image for post

Моего жениха забрали в армию. У него категория Г, серьёзные экземы на руках при морозе, химии и стрессе. Лекарства и крема не помогают. 21 декабря 2020 года он пошёл относить справку со своим заболеванием. Его не выпустили и держали там двое суток. Даже попрощаться нормально не смогли, а точнее — вообще никак. 23 декабря уехал служить.

Медкомиссию не проходил, анализы не сдавал. Тест на ковид тоже не сдавал. Это вообще законно? Когда ребята зашли в поезд, их заставили опустить шторки в вагонах. Это тюрьма? Они как-то провинились? Почему родные и близкие не могут посмотреть на них последние пару минут перед долгой разлукой?

Кстати, когда нам было по 19 лет, его уже забирали, но на последней медкомиссии обнаружили экзему.

Приехал в первый день по вызову в военкомат (без повестки, просто по звонку и доброте душевной). Это была пятница, когда все ребята, в том числе и я, простояли на морозе шесть часов в ожидании приёма. Но нас даже внутрь не пустили, а уходить было якобы нельзя (писали об этом в паблике). После простоя и замороженных ног нас отправили домой и вызвали в следующую пятницу, опять же, позвонив по телефону.

Снова пришёл, как и остальные товарищи, с которыми познакомился в очереди. В этот день хотя бы внутрь запустили. Если кратко, то в мае я порвал ахиллово сухожилие. Как итог — операция, всё лето на костылях, в сентябре заново учусь ходить после атрофии мышц. По всем показаниям врачей — восстановление минимум год при хорошем раскладе. Выписка из областной больницы, заключение хирурга из горбольницы, заключение хирурга военкомата — не годен к службе. Все документы в личном деле.

В общем, захожу в кабинет к солдафонам-военкомам, представляюсь. «Разрыв сухожилия, операция. Ага. Ну ты уже полгода лечишься, ты здоров, получается. Годен к службе. Давай документы, права, ночуешь на четвёртом этаже». Все мои объяснения про то, что я только месяц назад ходить нормально начал, то что по всем показаниям врачей ещё нельзя давать физические нагрузки, ответ один: «Ты ж нормально зашёл, сам. Бегать не можешь? А зачем в армии бегать. Документы давай».

Я объяснил, что летом я и сам собирался служить, косить не собирался и не собираюсь, но по стечению обстоятельств я получил серьёзную травму. «В научную роту должен был идти? Ну теперь в пехоту направим». Я опешил, но не от вероятности быть призванным, а от тупости людей.

В какой военачасти я могу пригодиться, когда ни прыгать, не бегать, ни поднимать тяжести я сейчас не могу? Закончилось всё тем, что один из пяти солдафонов всё же порылся в моём личном деле, и, найдя там какую-то бумагу, показал их лейтенанту перед собой, ткнув пальцем в эту бумажку. «А, свободен».

В 2010 году 1 декабря, будучи студентом БелГУ на первом курсе, был вызван по телефону милой девушкой в областной военкомат на Губкина. Прелестный голосок сообщил, что раз по решению моего приписного военкомата категория годности не позволяет проходить срочную службу в войсках, то неплохо было бы получить военный билет с категорией негодности. И займёт это всего-ничего пару часов, можно заехать и после пар в универе.

Не ожидая подвоха, я прибыл, врач-терапевт посмотрел на меня, спросил, есть ли какие-то жалобы. Что-то записал и сказал ждать в коридоре комиссии. Зашёл на комиссию, состоящую из видных членов нашего общества: четверо гражданских и один военный меня в лоб спросили «не хочу ли я отдать долг родине»? Я признался, что если позволит здоровье, после диплома собирался в армию. Дальше диалог:

— Нет, ты не понял, сейчас!
— В смысле сейчас?
— Я же с университета приехал, с учёбы, за билетом.
— А всё, а раньше надо было думать, иди в коридор жди.

Потом подошёл военный сержант и повёл нас переодеваться в форму. Там сидели два ППСника, которым было глубоко пофиг на происходящее, они просто сидели играли в телефоны. Переодеваться нас не собиралось двое из девяти. Парня из Дубового вытащили оперативно, а я просидел ещё два часа в ожидании поддержки. За эти два часа заходили раз пять, пытаясь сломить мою волю к свободе. Даже скучающие до этого ППСники, которых я стал задерживать, так как дело было уже под вечер, справились о причинах, почему я не хочу сегодня отбыть на службу.

В тот день я покинул военкомат. С мыслью, что нельзя верить симпатичным женским голоскам. Сколько эта сладкоголосая Серена зазвала в ловушку парней, остаётся только догадываться.

Image for post
Image for post

20 декабря мой сын прибыл в Белгородский военкомат. По рассказам что моего сына, что его друзей/одногруппников, там сплошной хаос. В военкомате ночевали каждый день на новом месте, кто-то спал и за партами. За день до отправки моего сына в часть их переселили на 4 этаж, который совершенно не отапливался, сквозило из окон.

Соответственно после ночи в холодном помещении многие парни заболели. 23 декабря 2020 их отправили в часть во Власиху, Московская область. С кашлем, температурой и насморком. На что в части реагируют спокойно и не собираются класть парней в госпиталь. Может быть и вообще воспаление легких.

Халатность военкомата просто поражает, как и отношение к молодым людям. Отправили из военкомата больными на службу. Как это так?

Здравствуйте, сегодня (24 декабря 2020) произошёл случай, нарушающий Конституционные права человека. Всё тот же областной военкомат! Знакомый пошёл отдавать справку от хирурга о том, что он не годен к службе в вооружённых силах России, но как только он переступил порог военкомата, он оттуда больше не вышел!

Забрали все личные вещи, кроме телефона, и удерживали в здании военкомата. Завтра он уже уезжает отдавать «долг» родине. На прощания с родственниками выделили 15 минут! На его вопрос, с какой стати его забирают, если у него есть медицинское заключение от врача, он получил ответ, что у них недобор, и им вообще неинтересно его мнение.

Главное медиа о городе

Get the Medium app

A button that says 'Download on the App Store', and if clicked it will lead you to the iOS App store
A button that says 'Get it on, Google Play', and if clicked it will lead you to the Google Play store