«Какого дьявола вас так много?». Фееричная речь адвоката по делу экс-чиновника мэрии Белгорода Юрия Наумова

В Свердловском районном суде продолжились прения по делу о взятке бывшему замначальника комитета имущественных и земельных отношений мэрии Белгорода Юрию Наумову. На очередном заседании выступала сторона защиты Александра Лозового, которого обвиняют в посредничестве во взятке.

«Белгород №1» публикуем выступление его адвоката Сергея Многолета, который наиболее точно представил позицию защиты. Он уверен, что действия Наумова — это покушение на мошенничество, а не взятка, поэтому его подзащитный посредником быть не может и должен быть оправдан. В прениях также участвовал Юрий Наумов и второй адвокат Лозового Алексей Козаков.

Экс-чиновник заявил, что большая часть доказательств, представленных прокурором, не доказывает его вины, а свидетельствует о непрофессионализме следователей и сотрудников ФСБ. По его словам, действовал он исключительно в интересах КИЗО, полученные деньги планировал оформить в качестве спонсорской помощи комитету.

«Всех тонкостей я не учёл, потому что стремился к достижению результата — в последующем пополнении бюджета как минимум на 100 млн рублей ежегодно», — отметил Наумов. Он считает, что это повысило бы его авторитет в глазах руководства и послужило бы основанием для повышения по службе.

Наумова возмутил тот факт, что видео задержания представлено лишь спустя полтора года после случившегося, это вызывает сомнения в достоверности ролика. Также он добавил, что полномочий предоставить землю с рассрочкой платежа у него не было, поэтому взятку за это он получить не мог.

На этот факт в прениях также указал адвокат Козаков, который как и Многолет, заявил, что его подзащитный должен быть оправдан, поскольку действия Наумова нельзя расценивать как получение взятки. Это мошенничество.

Репортаж с первой части прений, где свою позицию представляли сторона обвинения, можно прочитать здесь. Ниже — речь Многолета.

«Весной этого года я уже участвовал в рассмотрении дела Александра Лозового. Его обвинили в посредничестве во взятке. Вполне естественно, что мы с коллегой Алексеем Козаковым подали соответствующее ходатайство о том, чтобы суд рассмотрел наше дело вместе с делом Наумова. Суд не внял нашим просьбам и обоснованно нам отказал, пояснив, что ни в коем случае нельзя совмещать два дела. Ну, нельзя, значит нельзя. Мы приступили к рассмотрению дела по существу.

Выступление защитника Александра Лозового Сергея Многолета

К удивлению и удовольствию защиты и обвинения, та партия была разыграна легко и непринуждённо. Итог — прения и удаление в совещательную комнату для вынесения приговора. Прошло 15 минут, и суд возвратился, возобновив производство и обоснованно нам сказал, что дело подлежит рассмотрению в суде исключительно только с делом Наумова. Так и хотелось спросить: «Что это было?». На ум пришли воспоминания о поговорке про закон и конскую сбрую.

И вот мы повторно в суде. С одним и тем же подзащитным, и практически с той же позицией защиты. «Посредничество во взятке». Неприятная статья, как и остальные, с достаточно печальными последствиями. Особенность дела заключается в том, что доказать отсутствие в деяниях Лозового можно, только доказав несостоятельность обвинения Наумова. Я вынужден выстроить свою линию защиты, исходя из доказательств невиновности Наумова.

Начало данного дела положено из определения, в первую очередь, потерпевшей стороны. Если исходить из позиции обвинения и норм материального права, то это преступление против государственной службы. В общем, против государства. Как сказал некий персонаж, всем известный, государство — это я. Конституция РФ‚ вернее её утверждённый проект на всенародном голосовании, гласит, что мы многонациональный народ и есть государство. Каждый из нас по частичке. Чувствую ли я, как частица государства, себя потерпевшим? Не поверите, но чувствую.

Всё дело развернулось изначально вокруг одного документа — договора аренды земельного участка. На этом участке есть дом. Административное здание, которое купил некто Артём Шаров, который обладал 20 млн сторонних средств и мучился одной мыслью — куда же их вложить, проживая в Воронеже. Поэтому и вложил их в это здание для получения некой прибыли. Парадокс в том, что он был настолько беспечен и так богат, что не только не помнил, куда он вложил деньги, он не смог описать имущество, он даже не знал расчётного счёта своего предприятия, где он является учредителем, не знает оборота денег и главное — понятия не имеет о том, сколько ему дивидендов выплатили. Святой человек.

Кого только по этому адресу не бывало: и «БелАгро», и «АгроЧерноземье», и «Армада», и кого там только нет. Но Шаров — святой. Не в курсе он, что там и как. Вбухал 20 миллионов и отправился работать в Москву. Хотя стоит вложить эти деньги в банк под 6,5% годовых — и вот уже 100 000 в месяц просто на счёт, но Шаров не искал лёгких путей. Бог с ним.

Итак, договор аренды участка. В самом начале дела мы допросили ещё одного свидетеля — старшего специалиста отдела, который был под надзором Наумова… Это тоже, в некоторой степени, именно святой человек. Этакий лист формата А4 белоснежный. Ибо на все вопросы что защиты, что обвинения, что суда, ответы стандартного толка: «Это не в курсе», «это не знаю», «это вне компетенции», «это не знаю снова». Но одно было установлено: отдел занимался именно арендой земельных участков. Из норм гражданского права известно, что аренда — временное возмездное пользование имуществом.

Второй защитник Лозового Алексей Козаков

Казалось бы, поменять существенные условия договора в части определения распоряжения и всё — договор купли-продажи. Для юрисконсульта это пять минут работы. Но, оказывается, у нас, в администрации, этим занимается иной отдел. Как нам пояснили, один отдел ведает вопросами аренды. Подготовив соглашение о расторжении договора аренды, они передают в отдел, который готовит договор купли-продажи. Потом этот второй отдел передаёт бумаги в следующий отдел, который готовит распоряжение и потом передаёт в следующий отдел, который оформляет подписание документа и передаёт в следующий отдел, который заведует делопроизводством. Зарегистрировав документы, он передаёт в отдел архивации. И над всем этим уполномоченным набором отделов надзирает отдел ФСБ, над которым отдел ОСБ, который смотрит за ФСБ, а над всем этим ещё отдел департамента собственной безопасности России.

От этого нагромождения отделов и святых людей я и считаю себя потерпевшим. Именно из-за этого я задавал вопрос: «Какого дьявола вас так много?». Пройдёт всего 48 часов и совершенно сторонний человек для меня, но не для дела, Артём Образцов, скажет, что давал взятку, чтобы «не ходить по кругам ада». Ваша честь, если один человек высказывает мнение, это только мнение. Два человека — это сомнения, вот три… Благо, третьего у нас не было. Это уже теория, которую надо проверять по средствам акта экзорцизма. Не факт, что кто-то не вылетит в клубах серного дыма из окошка отдела земельных отношений. Ну да Бог с ними.

Среди всего этого нагромождения отделов и надзирающих органов. Как нам пояснил наш «публичный человек» (речь идёт о Константине Полежаеве, который выступал свидетелем по делу), Наумов — это совершенно рядовой сотрудник. Маленькая точка, винтик в огромной машине государственного лабиринта отделов. Но в этом и прелесть.

Как удалось установить, Наумов не обладал какими-либо полномочиями, которые могли повлиять на заключения договора купли-продажи земельного участка. Как следует из объяснений многих свидетелей и сторон дела, покупка земли в рассрочку воспрещается к осуществлению. В принципе, исходя из добросовестности сторон сделки, подобные условия купли-продажи вообще неосуществимы, и Наумов это знал.

Взятка — это денежные средства, передаваемые чиновнику за действия как незаконного, так и законного характера, которые он обязуется осуществить за деньги в интересах взяткодателя. Парадокс в том, что Наумов не мог осуществлять ни действия, ни бездействия, ни законные, ни иные, которые могли дать ожидаемый результат. По сути установлен фундаментальный факт того, что Наумову вручили деньги за то, что он даже не обещал сделать, а это, простите, обман.

Для такого действия в уголовном кодексе предусмотрена иная статья 159 часть 3 УК РФ (Мошенничество с использованием служебного положения). Это отсылочная статья к 285 УК РФ. При условиях того, что Наумов заблаговременно не исполнял бы обязательство, имея некие полномочия, которые не распространяются на обязательство, имеет место просто мошенничество, но никак не взятка.

Помнится, в 2016 и 2017 году за одним и тем же номером 48 вышло два пленума ВС РФ. Оба постановления об одном и том же. О преступлениях, связанных с мошенничеством. Если следовать данной логике, то Наумову вменялось, как минимум, воспользоваться своими полномочиями или создать иллюзию полномочия для решения вопроса за деньги. Подходит что угодно, в том числе и демонстрация полномочий, как то герб, кабинет и прочие атрибуты, символы.

Но вот курьёз. Так называемый «мошенник» должен находиться в визуальном контакте с жертвой. Беда в том, что данного контакта не было. У нас между Наумовым и жертвой находится ещё один субъект. А коли не было достаточного контакта для предоставления убеждения в наличии полномочий, то у нас исчезает квалифицирующий признак служебного положения, и статья превращается в статью 159 часть 2 УК РФ («Мошенничество»). Просто мошенничество и не более того. Но и здесь есть нюанс.

Дело в том, что денежные средства, которые поступили во владения Наумова, имели одну особенность. Он не смог бы ими распорядиться по собственному усмотрению. Следовательно, это мошенничество не было оконченным. Это квалифицируется по статье 30 части 3 УК РФ («Покушение на преступление»).

Юрий Наумов

Вывод: Наумов не виновен по статье о взятке. Наумов, если и виновен, то только по статье 159 часть 2 через статью 30 часть 3 УК РФ (Покушение на мошенничество). На этом можно было и поставить точку.

Лозовой в этой партии не может быть посредником. Он даже не может быть соучастником. Между Наумовым и Лозовым не прослеживается связь вообще, они не встречались и не общались. Лозовой никакой не сообщник. Он просто оказался не в том месте и не с тем человеком рядом. Не более того. Так что я убеждён в том, что квалифицировать действия Лозового по статье «Посредничество во взятке» ни в коем случае нельзя. Он должен быть оправдан.

В ходе судебного разбирательства установлено, что Наумов, получив деньги, потратил их не на себя, а использовал в интересах КИЗО. Его намерения подтверждены документальными доказательствами и его объяснениями. Обратного не доказано. Наумов покупал картриджи, собирался использовать средства как спонсорскую помощь КИЗО. В этом случае его действия должны быть квалифицированны по статье 285 УК РФ (Злоупотребление служебными полномочиями). Это совершенно иная санкция как для Наумова, так и для Лозового. На основании вышеизложенного считаю, что Лозовой подлежит оправданию.

Деньги, которые полагались в качестве взятки, обработаны специальными чернилами, которые могут люминесцировать после обработки реагентом. Только один вопрос: почему при задержании деньги реагентом не обработали? И куда исчезла видеокамера, что была в кабинете? Предположим, её оперативники тупо сняли, как положено. Была и нет. А если обработать документы и мебель в кабинете Наумова? Естественно, его руки будут светиться. А деньги реагентом обработали, чтобы они светились? А почему нет? Наверное, потому что нужно было, чтобы только руки светились. Пакет то он не вскрывал. Отпечатков нет на пакетике, вернее файле. Но особенность данного условия заключается в том, что в соответствии с нормами УПК РФ‚ если доказательство получено с нарушением норм процессуального права, они считаются недопустимыми.

Два понятых, совершенно, как говорится, вне интересов дела случайно оказываются в нужных местах, в один голос они сошлись только в одном: специалиста, который помогла положить деньги в сейф взяткодателю, не было. Он в протоколе появится позже. Как бы был. Но на деле — его нет. То есть, если верить понятым, имеет место нарушение норм УПК РФ, а далее плоды гнилого древа.

Но и это ещё не всё. Много шума и комментариев возникло относительно того, где и как задержали Наумова. Сторона обвинения долго и упорно доказывала, в том числе и сам свидетель сотрудник ФСБ Геннадий Мельников, что Наумова задержали в кабинете.

Когда всплыла видеозапись задержания, оказалось, что это не так. Наумова задержали при выходе из туалета. Не думаю, что возникнет сложность в понимании того, что он там делал. Что делает взрослый человек после того, как справит все естественные надобности? Правильно, моет руки. Это элементарные меры гигиены. Довод есть, и он на стороне защиты. После мытья рук, как пояснил специалист ФСБ Пеньков, тушь смывается. Простите, единственное, что могло светиться после туалета, это ручка кабинки, крана и… ну, вы догадались что, но именно это Мельников не освещал своей лампой. Что там засветилось после опрыскивания? То, что опрыскали. Раз опрыскали, значит светится.

Всё, что относится или соприкасается с денежными средствами, в соответствии со статьями 1 7 и 235 УПК РФ несостоятельно.

Выходит, взяткодатель Артём Образцов сам находит Лозового и проецирует ситуацию, при которой создаются условия для создания видимости взятки. В последний момент, не хотя ходить по кругам ада, как он сказал, он сломя голову бежит в ФСБ, предоставляет и деньги, и информацию, сам настаивает на передаче средств. Зачем?

Для меня вполне понятно и ясно только самое главное. Ни одно доказательство не имеет доминантного положения в деле. Оценка производится на основании совокупности всех доказательств. А всех доказательств на взятку не хватает.

Вывод очевиден: Лозовой — не мошенник, не посредник. Лозовой в своих действиях нет имеет никакого состава преступления, и он должен быть оправдан».

Главное медиа о городе

Get the Medium app

A button that says 'Download on the App Store', and if clicked it will lead you to the iOS App store
A button that says 'Get it on, Google Play', and if clicked it will lead you to the Google Play store